Великаны саванны — гордость страны, ее символ. Я был в Сенегале в сухой сезон, когда опали листья и коренастые богатыри-баобабы предстали в своей обнаженной красе. Я любовался короткими, могучими стволами и переплетенными, корявыми, узловатыми ветвями, среди которых виднелись остатки удивительно больших гнезд из сучьев. Тростинками кажутся рядом с баобабом и пальмы, и акации.

В Музее естественной истории в Лондоне я видел срез американской секвойи с датами, соответствовавшими тому или иному кольцу — от эпохи Александра Македонского до наших дней. Подобных срезов баобабов я нигде не видел. Возможно, их и нет, так как сердцевина дерева — хранилище воды в сухой сезон — непрочна и быстро разрушается. Но я подумал: а можно ли найти в сенегальской саванне гиганта, который жил во времена экспедиции финикийцев, что обогнули мыс Доброй Надежды по распоряжению египетского фараона Нехо еще за шесть столетий до нашей эры? Оказалось, что можно: срок жизни баобаба — четыре-пять тысяч лет.

Я спросил сенегальских знакомых, нет ли в саванне какого-нибудь баобаба-деда, самого толстого из всех, не устроили ли из него какой-нибудь достопримечательности? «Нет, у нас и так достаточно больших баобабов»,— ответили мне. Затем я все же нашел в справочнике упоминание о самом большом сенегальском баобабе, который не могут обхватить пятнадцать человек. Он расположен около города Кедугу в восточной части страны. Современник египетских пирамид...

Молодые побеги баобабов едят, как спаржу. В пищу идут свежие и вареные листья. Используют и сухие листья, и молодые корни. Мякоть плодов, так называемый «обезьяний хлеб», растирают в виде муки и пекут лепешки, богатые кальцием и витаминами. Из зерен выжимают масло. Различные части баобаба используют и в качестве медикаментов, и для изготовления амулетов. Новорожденных присыпают порошком, приготовленным из листьев дерева.

В дуплах баобаба хоронят народных сказителей-гриотов — подальше от кладбищ, чтобы не сделать землю навсегда бесплодной. Гриоты — особая каста, из которой выходят трубадуры-певцы, составители генеалогий, советники и шуты при царьках, но также воры и жулики. Их боятся, их презирают, но им платят. Некоторых из них хоронят в баобабах. Для нужд современных антропологов кое-кто из местных жителей крадет из могил-баобабов черепа, где они сохраняются десятилетиями, а может быть, и больше, в то время как скелеты на кладбищах быстро превращаются в прах.

Лет сто назад саванна подходила к реке Сенегал. Сейчас уже и за десятки километров от нее баобабы исчезают, сменяясь чахлыми зонтичными акациями и колючим кустарником. Сахара неумолимо движется на юг. Сумеют ли баобабы выдержать ее натиск?